Охотники назвали абсурдные законы причиной нашествия диких зверей в России

17 ноября 2026

Поселок Дружная Горка (Ленинградская область) держит в страхе дикий волк: зверь нападает на людей во дворах жилых домов. Похожая история — в Мурманской области, Башкортостане, а также в сибирских и уральских регионах. Каждому волку в среднем нужно 4 килограмма мяса в сутки. Если популяция растет, а стая голодает, то хищники выходят к людям. Казалось бы, можно взять ружье и решить проблему, но есть утвержденные лимиты на добычу. Например, в охотхозяйстве площадью почти 400 квадратных километров квота — всего три волка за сезон.

Популяция волков в стране растет с середины 1990-х годов: раньше их было 25 тысяч, а сейчас — уже свыше 60 тысяч. Динамика такая, что может довести до рекорда середины прошлого столетия. Тогда численность волков в СССР превышала 100 тысяч особей. В итоге начался массовый отстрел. СССР спасал народное хозяйство: за каждое добытое животное охотникам платили премию, соразмерную со среднемесячной зарплатой. Это была всесоюзная программа тотальной ликвидации волков — экстренная мера.

В современной России пока есть шанс не доводить ситуацию до крайности и решать проблему по-другому, причем не только с численностью волка или бурого медведя. Даже безобидные на первый взгляд бобры — уже угроза муниципального масштаба. В Башкирии целый город Белорецк из-за грызунов чуть не остался без воды. Бобры свалили одно из деревьев, оно упало на ЛЭП. Насосы встали, поломку устранили быстро, но осадочек остался, как и бобры на водозаборе. В Костромской области трое местных жителей этой осенью не смогли выйти из родного леса — бобры перегрызли его так, что изменили ландшафт до неузнаваемости. А одна нижегородская деревня из-за нашествия бобров может остаться без реки: рыбы нет, запруд полно. Но на добычу бобра тоже установлены жесткие лимиты, да и охотиться на него мало кто захочет.

В глубинке еще помнят, как высоко ценились бобровые воротники и шапки. Заготовительные фабрики принимали шкурки за советские полтинники, численность бобра всегда была в пределах нормы. Теперь наблюдается двусторонний перекос: зверя слишком много, а вымирающим видом на охоте стал сам добытчик — следопыт с ружьем. Согласно правилам, охотник не имеет прав стрелять в зверя без лицензии на его добычу, даже если речь идет о самообороне. На всякий случай брать в лес пули от медведя, если есть лицензия только на добычу птицы, — это тоже нарушение, будет протокол.

В январе исполняется шесть лет, как российские охотники страдают от новых и противоречивых правил, из-за которых люди из отрасли уходят, а зверь идет вразнос. Четвертый пункт правил охоты гласит: нахождение в охотугодьях с оружием приравнивается к охоте. Эта трактовка превращает все в абсурд. Например, охотники едут в те угодья, где у них оформлена лицензия. Дорога пролегает через соседнее охотхозяйство, там разрешений нет, а это уже протокол. Они в машине с ружьями, а значит, на охоте.

Охота с собаками на птицу — тоже парадокс. По правилам, у пса должны быть документы, а всего охотников — не больше трех. Четвертого запрещено сажать в машину, даже если по пути, поэтому пусть бегает, так безопасно в случае проверки. На зверовой охоте ночью все участники должны носить яркую одежду. Если мужики решили заночевать в лесу и растопили баню на кордоне, судя по прямой трактовке правил, париться должны в ярких светоотражающих жилетках. Они в угодьях, с ружьями, значит, на охоте.

https://dzen.ru/a/avnZnKCL2QDF8i7V

Рубрики: Грибные новости страны и мира

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.