24 августа 2026
Фото: предоставлено Михаилом Вишневским. В России некому отличить краснокнижный гриб от обычного — миколог Вишневский
Михаил Вишневский: более 90% рынка грибов — это черный рынок
Ирина Ли Обозреватель
С 1 сентября в России вводятся штрафы до 1 млн рублей и сроки до девяти лет за сбор краснокнижных грибов. Почему эти законы не работают, объясняет миколог-токсиколог Михаил Вишневский.
Ирина Ли
С 1 сентября 2026 года в России вступают в силу обновленные природоохранные нормы для грибников. За сбор краснокнижных грибов теперь грозит штраф до 1 млн рублей, а в отдельных случаях — лишение свободы до девяти лет. Для профессиональных заготовителей — до 1 млн рублей штрафа с конфискацией орудий сбора и продукции. (А вот обычные подберезовики, подосиновики, белые, лисички и маслята по-прежнему собирать можно свободно…)
Мы попросили самого известного и популярного в стране миколога-токсиколога, кандидата биологических наук Михаила Вишневского объяснить, что на самом деле происходит с грибным законодательством, почему эти законы не работают и чем на самом деле опасны грибы.
В России практически не осталось специалистов-микологов, способных отличить краснокнижный гриб от его двойника. Фото: 1MI
— Михаил, предлагаю сразу к главному. С 1 сентября вводится уголовная ответственность за сбор краснокнижных грибов. Насколько реально грибнику попасть под эту статью?
— Теоретически — да, можно. Практически — нет. Я не знаю ни одного случая правоприменения в отношении краснокнижных грибов за все время действия обновленного законодательства. Ни одного.
Система сложная: есть федеральная Красная книга, есть региональные. В каждом регионе — свои списки. В зависимости от того, куда внесен гриб, кто его собирал и с какой целью, наступает разная ответственность — административная или уголовная. Но главная проблема в другом: в стране практически не осталось специалистов-микологов, способных отличить краснокнижный гриб от его обычного двойника.
— Как так вышло, что нет специалистов?
— В Москве на биофаке МГУ сейчас нет специалистов-микологов, которые могли бы установить вид гриба. В Санкт-Петербурге ситуация та же. Главный специалист, Александр Елисеевич Коваленко, умер. Его ученики разъехались. Если сотрудник полиции остановит грибника с корзиной, он не сможет найти эксперта, который оперативно приедет и установит, действительно ли гриб является краснокнижным.
И даже если такого эксперта найдут, есть вторая проблема. Если грибника не застали непосредственно на поляне, а остановили уже с корзиной, полицейский не имеет права вытащить один подозрительный гриб из общей кучи. Весь объем грибов становится вещдоком. Всю корзину везут в отделение. Но у полиции нет условий для хранения грибов. Их кладут на подоконник или в сейф при комнатной температуре. К утру это бесформенная груда, кишащая личинками. Даже если эксперт приедет, он уже ничего не определит.
При идеальных обстоятельствах эту кучу можно было бы отправить на ДНК-анализ. Но России такого оборудования нет. За границу тухляк никто не пошлет. Любой грамотный адвокат развалит это дело по косточкам.
Единственный краснокнижный гриб, который можно опознать без экспертизы, — черный летний трюфель. Фото: 1MI
— Есть ли хоть один гриб, который можно опознать без экспертизы?
— Теоретически — черный летний трюфель. Это единственный черный трюфель, растущий в России. Отличить его не представляет труда. Если грибника поймают с ним, теоретически могут применить наказание. Более того, если грибник сдает трюфели в рестораны, это можно квалифицировать как организованную преступную группу: сборщик, скупщик, шеф-повар, владелец ресторана и даже посетитель, который заказал и съел это блюдо.
Но даже для этого очевидного случая не было ни одного правоприменения. Ни разу.
— Тогда зачем вообще ужесточают законодательство?
— Это часть российской политической традиции: запрещать и ужесточать. Депутаты берут и проявляют политическую инициативу — экология, Красные книги, а вот у нас еще грибы не охвачены, давайте охватим грибы.
При этом формулировки, сроки и штрафы для грибов механически скопировали с законодательства для животных. То, что работает для животных, абсолютно не работает на грибах. Это глубоко бессмысленно.
— Но ведь сбор редких грибов вредит природе?
— Сбор плодовых тел не ухудшает, а улучшает положение грибов. Когда мы удаляем шляпку с ножкой, грибница чувствует, что с нее убрали орган рассеивания спор. В ответ она самостимулируется и выпускает новые плодовые тела. Больше всего грибов растёт не в девственных местах, а там, где их собирают.
Мало того, когда гриб срезан или сорван, по дороге домой он понимает, что убит. Это сигнал для суперинтенсивной выработки спор. Грибник, несущий корзину, буквально окропляет все вокруг споровым душем. Он способствует распространению.
И одиночный грибник, и даже целая группа не в состоянии нанести вред грибнице. Только если ты собираешь грибы экскаватором, можно навредить. В остальных случаях — нет.
Михаил Вишневский: «Сбор грибов не вредит природе, а помогает грибнице размножаться. Грибник, несущий корзину, буквально окропляет всё вокруг споровым душем». Фото: 1MI
— А как правильно собирать — срезать или выкручивать?
— Спору об этом примерно сотня лет. И он родился из ошибки.
В 1921–1922 годах ботаник Эрлих, который первым в России освоил выращивание шампиньонов в теплицах, в своей брошюре указал: при сборе урожая шампиньоны нужно аккуратно выкручивать из субстрата, потому что если их срезать, оставшийся пенёк может загнить и заразить всю грядку. Это был частный совет для тепличного хозяйства.
Брошюру прочитали. И довольно скоро вышла целая серия книг, где утверждалось, что в лесу нельзя срезать грибы ножом. А потом нашлись другие «теоретики», которые начали утверждать обратное. На самом деле оба утверждения — полный бред. Никто никогда не сможет выдернуть грибницу из почвы. Это тончайшие нити, которые не обладают прочностью проволоки. Спор этот не стоит выеденного яйца.
— Массовый сбор грибов на Руси — это древняя традиция?
— Нет. Массовый сбор грибов на Руси — явление относительно недавнее. Ему около 300 лет. Грибы начали массово собирать, когда истощились запасы рыбы, которая была основным постным продуктом. Это произошло не ранее XVII века.
Тогда собирали всего несколько видов: белые, грузди, рыжики, подосиновики, подберезовики. Остальные сотни видов не собирали. И грибы брали двумя способами: белые выкручивали, грузди и рыжики ломали. Про ножи речи не было. Крестьянин с ножом в барском лесу — это было немыслимо: лесник мог принять его за браконьера.
— С сентября вводят ветеринарные проверки для продажи грибов. Что это за проверка?
— Никто не знает. Объяснений нет. Ветеринарная проверка гриба — абсурд сама по себе. Если гриб поражен ботулотоксином или плесенью, он уже находится в такой стадии разложения, что никому не придет в голову его есть.
Любая готовая продукция — сушеные, соленые, маринованные грибы — и так по закону должна проходить санитарный контроль. На каждую партию выдаётся сертификат. Что еще можно дополнительно сделать с грибами — непонятно.
Но главное — более 90% рынка дикоросов — это черный рынок. Через все проверки проходит ничтожный процент. Целые деревни собирают грибы, сдают скупщикам, те — следующим. Огромные объемы уходят в Китай и Европу. Любые новые проверки на этот рынок не повлияют. Меры эти — популистские и бессмысленные.
Патогенные грибы убивают 4 миллиона человек в год. ВОЗ признала их смертельной угрозой. «А вы боитесь бледной поганки», — говорит миколог Михаил Вишневский. Фото: 1MI
— Грибы сильно впитывают вредные вещества?
— Этот миф появился лет 15–20 назад, когда грибы начали активно исследовать на содержание тяжелых металлов и радионуклидов. И выяснилось, что этого в них — хоть жопой жуй. Но исследовали те грибы, что растут в плохих местах — в мегаполисах, рядом с предприятиями. В чистом лесу гриб будет не хуже лесного яблока.
И даже если вы собирали грибы рядом с трассой — просто порежьте их и отварите. В отвар выйдет не менее 95% всех загрязнителей. На оставшиеся 5% у нас есть печень. Несколько раз в год можно позволить себе собирать грибы даже в черте городов.
— Чем на самом деле опасны грибы?
— Смертельно ядовитые грибы убивают сотни, в лучшем случае несколько тысяч человек в год во всем мире. А патогенные грибы — дрожжи, плесени — убивают минимум 4 миллиона человек ежегодно. И эта цифра только растет.
Человечество — монокультура. Мы сохраняем все генетические отклонения, иммунитет снижен. Мы перешли на питание монокультурами — огромные посевы генетически однородных сортов. Для патогенных грибов это стало уникальным полигоном.
В 2023 году Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ) впервые выкатила список из 19 видов патогенных грибов, представляющих смертельную угрозу для человечества. И выкатила поздно — оказалось, что все существующие противогрибковые препараты против них уже не работают.
Фунгициды на полях и антимикотики в больницах — это одни и те же действующие вещества. Ежегодно в мире на полях используется несколько десятков миллионов тонн фунгицидов. Грибы получают бесконечный полигон для отработки устойчивости. Получив устойчивость на полях, споры плесневых грибов разлетаются по городам, влетают в открытые форточки госпиталей и становятся частью больничной инфекции. В отличие от бактерий, грибы практически неуничтожимы.
Более 90% рынка дикоросов в России — это черный рынок. Фото: 1MI
— Что делать?
— Два способа. Первый — открыть новые антимикотики. Это многомиллиардные исследования, десятилетия работы. В России они не ведутся вообще. Второй — минимум на 30 лет прекратить использование фунгицидов на агроландшафтах. Если перестать их использовать, грибам не нужно будет поддерживать устойчивость. Примерно через 30 лет она утратится.
Но никто на это не пойдет. Если весь мир договорится и перестанет применять фунгициды, первые 15 лет мы будем терять не менее 90% растительного урожая. Экономический коллапс будет невероятным. Поэтому это и остаётся скрытой, но суперугрожающей информацией.
Беседовала Ирина Ли
Как не отравиться грибами: гайд по выживанию для горожан и начинающих грибников
Как не отравиться грибами: гайд по выживанию для горожан и начинающих грибников
Читайте также:
Нечервивых почти не бывает: миколог объяснил, как собирать грибы без вредителей
Сезон грибов в Ленобласти: две девушки вынесли из леса 13 ведер подосиновиков
